10 | 08 | 2020

Немецкое документальное кино

20, 21 октября 2009 г. в Национальной библиотеке Чувашской Республики в рамках Дней Германии в Чувашии проходили показы программы документального кино "1989/2009". Вниманию любителей немецкого кино были представлены фильмы "Нерациональное" (Der Irrationale Rest, 2005) режиссера Торстена Тримпопа и "После падения стены" (Nach dem Fall, 1999) режиссера Фрауке Зандиг.

Перед показами журналист и критик Эдуард Кранк знакомил аудиторию с краткой характеристикой демонстрируемых картин. Это позволяло зрителю эмоционально правильно настроиться на просмотр.

Если бы можно было выразить свое мнение о фильме одним словом, то картине "Нерациональное" больше всего подошло бы прилагательное "странный". На первый взгляд рассматривается довольно простое событие. Два человека из любовного треугольника Сюзанна и Матиас бегут в Западную Германию и попадают в тюрьму. Они могли бы жить другой жизнью: обычной и спокойной. Но сделали этот шаг, изначально понимая, что их ждет. Третья героиня остается, но и ее жизнь меняется. Она, как знакомая беглецов, подвергается преследованию и получает статус "проклятой". Однако за внешней простотой сюжета скрывается очень глубокий психологический портрет на троих. В нем - основной интерес и основной смысл.

Просматривая фильм, зритель пребывает в постоянном эмоциональном напряжении. Возникает ощущение чего-то неведанного, о чем раньше никогда не задумывался. Для отечественного зрителя картина необычна. Различные мнения, появившиеся у зрителей в ходе просмотра, вылились в бурные обсуждения героев и психологических мотивов их поступков.

Картина "После падения стены" собрала в единое целое полярные мнения немцев разных поколений о Берлинской стене. "У каждого города есть свои призраки. Берлин в этом смысле уникален. Только за XX век здесь произошло столько перемен и разрушений. Один из призраков – Стена", - так начинается фильм. "Я думаю, немцы так долго терпели Стену, осознавая свою вину", - делится мыслями пожилая фрау.

Многими Стена до сих пор воспринимается как машина смерти. Однако просматривая фильм, вглядываясь в лица рассказчиков, понимаешь, насколько сильна в них ностальгия. Строчка из песни, которая звучит в середине фильма: "Когда я буду совершенно счастливой, тогда я стану скучать по грусти", как нельзя лучше отражает настроения немцев.

Когда одни ломали Стену, работая даже ночью, другие с ужасом думали, как же оставить хоть небольшой фрагмент для потомков и туристов. Так возник музей Стены. Его организаторы говорят: "Стена как оружие для преступника. Ему важно уничтожить улику. Мы выступаем в роли криминалистов, сохраняя Стену, как доказательство преступления". Вслушиваясь в воспоминания очевидцев, появляется непреодолимое ощущение, что речь идет не столько о материальной, железобетонной стене в 160 км, сколько о стене психологической, построенной в голове отдельно взятого человека. Разрушить такой барьер гораздо сложнее, чем преодолеть реальную "полосу смерти". Поэтому герои фильма, не сговариваясь, разными словами формулируют один вопрос: "Стена все еще стоит или ее уже нет".

Противоречивые чувства охватывают зрителя и в момент обсуждения темы объединения Западной и Восточной Германии. Нет больше преград видимых, однако большинство жителей бывшей ГДР до сих пор чувствуют себя неуютно и отчужденно, с нежностью вспоминая о прошлой жизни. Возможно, это произошло от того, что Восточная Германия безоговорочно приняла правила жизни Западной. Объединившаяся страна не задумалась над созданием нового гимна и государственной символики, что могло бы сблизить две половины одного народа. Чувство непричастности преследует многих восточных немцев. Прошло уже 20 лет и выросло поколение, не видевшее Стены. Конечно, они знают свою историю, однако им повезло больше, чем их родителям. Они свободны от внутренней преграды и являются полноправными гражданами Германии.

Время, несомненно, все расставит по своим местам. И, может быть, однажды, немцы освободятся от призрака Стены. Она останется в истории, ее можно будет увидеть в музее, и люди перестанут видеть тревожные сны, освещенные прожекторами вышек, оглушающие воем сирен, лаем собак и стрельбой.

Информацию подготовила
Наталия Младшина,
т. 62-38-12